версия для слабовидящих Как мы уже сообщали (https://vk.com/taom_ru?w=wall-66012_7817), в начале июня в Тольяттинской академии управления состоялась встреча выпускников 2006 года. Один из ее участников — Иван Кашковский, с которым мы знакомы еще по совместной работе в Ставропольском районе. Иван — успешный предприниматель, руководитель группы компаний «ВолгаЭкоГрупп» и известный общественный деятель, заместитель председателя районного Собрания представителей. Академию они окончили 20 лет назад вместе с супругой Евгенией.
Но и это еще не всё. Внимательный читатель информационных ресурсов ТАУ наверняка обратил внимание на нередкое упоминание по самым хорошим поводам имени его дочери — ныне девятиклассницы средней школы Академии Александры Кашковской. К примеру, совсем недавно мы сообщали (https://vk.com/taom_school?w=wall-215517137_829) о том, что по итогам прошедшего учебного года Саша одержала победу в шести из девяти индивидуальных номинаций престижной школьной премии «ТАУЭР».
Словом, династия (а их, к слову, в истории Академии уже немало). О том, как она сложилась и что для замечательной семьи Кашковских означает Тольяттинская академия управления, — в нашем интервью.
Почему Академия?
- Иван, чем интересен ваш выпуск?
- Мы были последними, кто учился по кре'дитной системе. Вы знаете, что это такое, поскольку работали в то время в ТАУ.
- Это была болонская система.
- Да, мы по ней учились.
- Тогда вернемся к самому началу: почему ваш выбор пал именно на Тольяттинскую академию управления?
- Я заканчивал Ягодинскую школу, сельскую. Это была стандартная школа, без каких-то углублённых историй. Там были свои интересы: делал макеты домов, участвовал в архитектурных конкурсах, получал грамоты.
- Архитектурных?
- Родители видели меня архитектором, хотели, чтобы я поступил в Москву — в МАРХИ. А мне хотелось в Академию.
- Почему именно в ТАУ?
- Потому что я был наслышан про неё. В Академии как раз был самый-самый расцвет: топовое инновационное образование, кре'дитная система. Да, дорого было: для моих родителей это было дорого, потому что мы как бы среднестатистическая семья. Но я знал, что студенты и выпускники Академии всегда были очень востребованы. Их везде брали даже без собеседования.
Чего стоит сам процесс обучения — в Академии совсем другой принцип, другой подход. За 5 лет обучения я был, наверное, на трёх лекциях, не больше. Процесс построен так, что каждый шёл по своему направлению. Был базовый набор предметов, который необходим с точки зрения государства. Допустим, была высшая математика, вёл этот предмет Кельин — замечательный преподаватель. Гонял он нас очень хорошо. И мы изучали игру в бридж — игру, которая реально помогает развиваться. И ведь предмет этот как красиво назвали: вычисление логических множеств посредством игральных карт — никогда не догадаешься, что это бридж. И на подобных вещах строилась вся Академия.
После первого курса я попал в элитную мастерскую. Это была мастерская управления. Там был жёсткий отбор, и допускали туда далеко не всех. Мастерскую вели Александр Прокофьевич Зинченко и Николай Федорович Андрейченко. У нас в мастерской управления были проектные работы — и эти проектные работы были не виртуальные, как обычно в вузах, а реальные. Например, мы готовили для АВТОВАЗа проект «Охрана труда на предприятии». Понятно, что Академия на этом проекте зарабатывала деньги, но лично для меня это был большой опыт работы. Вот это было очень интересно. А то же преподавание первокурсникам! Будучи второкурсниками, мы проектировали ПАСы (проектно-аналитические сессии), фитнесы, трекинги.
То есть учёба строилась непосредственно на живой работе. С моей точки зрения, в чем самый главный принцип Академии? В том, что она готовила людей, способных ориентироваться в любой жизненной ситуации. А не пичкала тебя лекциями из учебников. Тебя готовили непосредственно к жизни.
Не случайно на недавней встрече с выпускниками я напомнил Николаю Фёдоровичу Андрейченко его фразу: «Нам нужны чистые умы, не забитые книжками». Книжки нужно читать, да, — это как бы тоже развитие. Но здесь другой подход: у тебя чистый ум, не забитый какими-то стереотипами, открытое мышление, и ты можешь, так сказать, поломать какие-то системные моменты. И это я проверил на своем опыте.
- Вот говорят: подготовка в ТАУ — бесспорно на высоте, но при этом студенты обделены тем, что называют «студенческой жизнью».
- Но зато нам дали огромное преимущество в жизни: мы выпускаемся, а у нас уже два с половиной года работы за плечами. Это помимо базовой подготовки, которая намного выше, как я считаю, чем у других вузов. И гарантированное трудоустройство. Я, например, на третьем курсе попал на совместное предприятие «GM-АВТОВАЗ». Нас достаточно много туда пришло. Некоторых потом пригласили работать в серьезные госструктуры и международные компании: например, Ирина Мелинова отправилась в «Прайс-Уотерхаус».
- В одном потоке с вами ведь учились и дети руководителей Академии.
- Да, Юля Богданова, дочь президента, и Саша Волкова, дочь Андрея Евгеньевича Волкова. И нам посчастливилось учиться у тех, кто стоял у истоков Академии: Богданов, Волков, Андрейченко, Зинченко. На них держалось очень многое, пожалуй, даже вся образовательная система Академии.
- Вот вы вспомнили фразу Андрейченко про чистые умы, не забитые книжками, а я недавно освежил свое давнее, 1994 года, интервью с Александром Прокофьевичем Зинченко («ГП. След “Бродячего Философа”»: https://taom.academy/35anniversary). Там он, кстати, дал определение, кто есть методолог — и чему, как я понимаю, научили вас в ТАУ. Процитирую: «Все, кто попадает в методологию, по духу своему экспансионеры, готовые к захвату новых областей мысли. Другой, очень важный пункт связан с накоплением опыта. Методолог — своеобразный биоробот, который всё время себя достраивает: если он что-то понял, то сразу начинает использовать это как инструмент, делая новое знание искусственной частью себя».
- Поэтому я и говорю: у нас поток очень сильный был. А Академия действительно научила приспособиться в любой жизненной ситуации. В любой ситуации суметь сориентироваться, выстроить её под себя.
«Мы прошли школу жизни»
- Как вы сами называете то, чем занимаетесь сегодня?
- Я руковожу группой предприятий в сфере обращения с отходами.
- Как это получилось?
- Идея возникла давно, еще с Академии. История обращения с отходами у нас ведь вообще развита не была: по сути, мусор вывозился на свалку, и всё. А мне попадались журналы, где было описано, как во всем мире его перерабатывают. И мне стало это интересно. И на первом курсе, когда у нас была начальная практическая подготовка и техника самоопределения, на защите мы должны были сказать, кто кем себя видит в жизни в дальнейшем. И я тогда уже сказал, что буду заниматься в сфере экологии. И буду депутатом. Так и случилось.
- А почему депутатом?
- Потому что у меня отец, считай, всю жизнь депутат. Он почётный гражданин Ставропольского района, пользуется большим уважением. И я насмотрелся на это, на его отношение, как бы пафосно это ни звучало, к чаяниям людей. И я решил для себя, что буду продолжать эту историю. Я стоял у истоков молодёжного парламента Ставропольского района и был его председателем в первом созыве. А потом избрали депутатом думы. Сами знаете, есть такие депутаты, которые только на заседания приезжают, я же постоянно с людьми работаю, веду свой Telegram-канал и ВК веду, и в область езжу, встречаюсь с вице-губернаторами и министрами. И результат есть. Вот в том году были немалые областные деньги выделены Ставропольскому району, которые пошли на дороги. Как раз благодаря этому...
- Отремонтированная спустя десятилетия дорога в «Алые паруса» — тоже в какой-то мере ваша работа?
- Да, ее сделали наконец за счёт областных средств.
- А что касается бизнеса?..
- После СП «GM-АВТОВАЗ» я работал в мебельном салоне «Еврокомфорт» — там зарплата была значительно больше. И эту работу рассматривал для себя как такую перевалочную историю. Работая, глубоко изучал тему с переработкой отходов. И в итоге ушел: купил оборудование, сначала занимался переработкой пластиковых бутылок. И потихонечку-потихонечку вышел на сегодняшний день — предприятия, которые занимаются сбором, вывозом, утилизацией, переработкой, захоронением отходов. То есть полный-полный цикл. Мы работаем на территории Самарской области.
- Да, непростой бизнес.
- Я бы даже сказал, очень сложный, очень тяжёлый. Вот говорят: там сверхприбыли. Никаких сверхприбылей нет. Наш тариф до копейки согласовывается с правительством Самарской области, и мы не имеем права работать по другому тарифу. Нас проверяют все, даже рыбнадзор и орнитологи. Очень всё зарегламентировано.
- Правильно я понимаю, и в этом бизнесе вы опираетесь на школу ТАУ?
Верно. Повторюсь: нас научили с разных позиций посмотреть на всё и составить правильную картинку. И конечно, очень много в этом плане дал Андрейченко. Он сыграл огромную роль в построении меня как личности — в плане подхода к жизненным ситуациям, к работе, к выстраиванию взаимоотношений и так далее.
Всё получится!
- С супругой вы учились вместе?
- Да, на одном потоке. Я поступал на менеджмент, Евгения — на филологию. А потом филологию закрыли, и она перевелась на менеджмент. И мы заканчивали вместе. Во время учебы и после окончания Академии она работала менеджером по туризму. Ей нравилась эта история. Но когда родилась Александра, мы взвесили и решили, что она будет заниматься ребёнком. Но знаете, что интересно? У меня вот и депутатство, и бизнес по нескольким направлениям — помимо отходов еще и грузоперевозки по России, — но при всем при этом у неё меньше свободного времени, чем у меня. Она охраняет мои тылы. Если у тебя дома всё хорошо, ты идёшь с настроем везде побеждать.
- Сдается мне, что решение отдать Сашу в школу Академии у вас созрело само собой?
- Да, она начинала с первого класса «Ростка». И вы знаете, что интересно? Я в школе звёзд с неба не хватал. Ну, учился и учился, иногда родители контролировали. А Саша... Мы ребенка никогда не заставляем ничего учить, никогда в жизни не проверяли — это ее личная потребность. Она очень амбициозная: если где-то участвует, она должна быть первой.
- И это прекрасно, учитывая, что многие ее сверстники начисто лишены амбиций, а человек без амбиций — ноль.
- Помимо школы она еще занимается плаванием и боксом. И вот на плавании одно время участвовала в соревнованиях и заняла второе место — и у неё расстройство: она должна быть первой. Она участвует во всех олимпиадах — по своему желанию. Сама себе ставит задачу — и к ней идет.
- Она уже определилась, куда после школы?
- Хочет дальше учиться в Москве, в МГИМО.
- Уверен, у нее и здесь всё получится.
Беседовал Сергей Мельник